Снег, согревавший Землю от зимних морозов, местами подтаял, и теперь прошлогодние листья подставили свои коричневые края лучам весеннего Солнца, пропуская тепло вглубь. Там на глубине спряталась и спала всю зиму луковица Подснежника. И услышав зов, тонкий, слегка зеленый побег потянулся к поверхности. Прорезав тонкое покрывало, сотканное из листьев, травинок и веточек, оказался в еще зимнем, но уже просыпающемся лесу. Солнце стремительно садилось, пробежав в искрящемся танце с одного конца горизонта, и приближалось к другому, словно своими золотыми ладонями тянуло Подснежник вверх, к небу.

Он успел позеленеть и подрасти за первые часы, проведенные на поверхности. С последними лучами растаяло тепло, которым так щедро делилось Солнце. Золотистые тучи постепенно стали бордовыми, а потом сизыми, подул легкий ветерок, полный свободы и энергии. Он качал деревья, кружился с листьями, терся спиной о снег, свистел, запутавшись бородой в ветках. Подснежник вначале обрадовался новому знакомому, но вскоре почувствовал холод этого хозяина леса, его накрыл листик, зеленая кровь бурлила в листьях-пальчиках, не давая морозу сковать хрупкое тело, и он терпеливо ждал прихода тепла.

С наступлением нового дня, мороз растворился в воздухе, пятно земли, на котором пророс Подснежник, ширилось и объединилось с другим коричневым участком леса. Согревшиеся после холодной ночи подснежники оказались рядом. Они умели ценить время и стремительно росли, в то время, когда другие цветы еще спали. Из согревающейся земли один за одним выскакивали новые братья, и тут же тянулись к свету, а ночью смотрели на звонкие звезды в черной хрустально чистой высоте. И когда открылись бутоны, привлекая днем первых букашек, весь лес ликовал, наполненный их веселым звоном – наступила весна. Следующей ночью подснежники разговаривали со звездами на своем звонком языке, слушая загадочную, хрустальную песню далеких небесных подснежников. А потом, спевшись, земные братья подхватывали ее, и всем становилось теплее.

Утром подснежники услышали глухой стук шагов, несколько человек приближалось к цветущей поляне. Мысли их были тяжелыми, шли они молча. Подснежники затихли. И вдруг услышали крик боли, пронзающий поляну – тонкий стебель, соединяющий подземную луковицу и белый цветок, отделили друг от друга умелые руки человека. И хоть звезды днем не были видимы в голубых просторах свободного неба, они слышали крики боли вместо дружного звона подснежников. Обреченные на смерть, но еще полные чудесного обаяния цветы связали в небольшие букетики и куда-то понесли.

А ночью лес, постаревший и печальный, качал над осиротевшей поляной ветвями, с которых, словно слезы, капала прозрачная вода. Подснежники везли по железной дороге, прочь от родной поляны, наконец, их измученные белые головы увидели серые улицы туманного города. Люди, уставшие от зимы, покупали их и несли домой уже полумертвые цветы. После подснежники попали в маленькую вазочку, ранки уже присохшие, вновь обновили, заставляя пить воду. Но время их жизни истекло. В теплой комнате белые колокольчики, такие звонкие под звездами, завяли и высохли, потеряв красоту. Напоминая людям, что они настоящие и никогда не променяют свободу родного леса на теплую вазу на обеденном столе.