Красавица и чудовище: история княжны Евпраксии

Обычно История любит изворотливых и удачливых, но преклоняется перед сильными. Поэтому в Истории чаще всего и преобладает мужчина, а «слабому полу» отводится второстепенное место. Зато еще ярче смотрятся «исключения из правил». Всем известна дочь Ярослава Мудрого – Анна, полноправная королева Франции, поразившая средневековую Европу высокой культурой русичей. Недаром, на евангелии Анны Ярославны присягали и присягают доныне все французские монархи. Достаточное внимание исследователи и романисты уделили и Роксолане, сумевшей выйти победительницей в сложнейшей гаремной борьбе, да к тому же посадить своего сына на турецкий престол. Судьбы этих женщин удачливы и трагичны одновременно, но существует еще один образ, исключительно трагичный, но не менее сильный – княжна Евпраксия Всеволодовна.

                                                          Брак по расчету

В эпоху средневековья жениться по любви могли разве что простолюдины. Это была их единственная привилегия, которую, кстати, нередко отбирали всякие графы, маркизы и прочие сеньоры, вовсю пользовавшие «право первой ночи». В Киевской Руси, пожалуй, не было и половины той дикости, в которой жила отнюдь не просвещенная, в те времена, Европа. Однако брак по расчету и на Руси получил широкое распространение, а в княжеской среде был просто правилом: нарожать детей побольше, часто от разных жен и наложниц и «окрутить» их с представителями других знатных династий. Назывался такой политический ход – династический брак. О собственных желаниях княжеских отпрысков не спрашивали, традиция и есть традиция. Того же Ярослава Мудрого не зря «тестем Европы» прозвали, всех своих детей попристраивал, еще и зятьям помогал престолы отвоевывать.

Впрочем, война и женитьба всегда рядышком стояли, как торговля и разбой. В 1043 году Русь снова сошлась с Византией в последней и решительной cхватке. Византия пыталась использовать в этой борьбе двух титанов – христианство. Ярослав, понимая всю серьезность вопроса о вере, настаивал на самостоятельности Киевской митрополии. Ну, а для вящей убедительности церковного самоопределения, послал к берегам Византии военный флот при поддержке сухопутных войск. Однако свирепая буря разметала и потопила корабли русичей. И тогда Ярослав предложил мировую…в обмен на руку царьградской (византийской) принцессы. В 1046 году мир был закреплен браком Всеволода Ярославича с принцессой из рода Мономахов.

Идя по стопам отца, Всеволод обзавелся многочисленным семейством. Наиболее известен его сын Владимир Мономах, а из дочерей Евпраксия-Пракседа, трагическая судьба которой всколыхнула всю Европу, весь католический мир.

                                      Европа ты, Европа – чужая сторона.

Супружеский союз Евпраксии был наверняка решен еще в младенчестве. Семейный клан отца Евпраксии заключил своеобразный брачный контракт с представителями немецкого герцогства Нордмарк. Дядья Евпраксии женились на сестрах Нордмарк, а совсем еще юной киевской девченке предстояло укрепить русско-немецкий союз браком с маркизом Генрихом Длинным, которого она, естественно, знать не знала, видеть не видела. С богатыми дарами 15-летнюю Евпраксию снарядили в далекий путь. Возраст невесты сочли вполне подходящим, в те времена могли и в 13 лет замуж отдать, а один из русских князей вообще отправил закордонному «добру молодцу» свою восьмилетнюю дочурку. Ну, не было тогда закона о запрещении торговли детьми, вот и пользовались князья-отцы.

Счастливо ли прожила Евпраксия со своим долговязым мужем, неизвестно, зато – коротко. Не прошло и года, как маркиз скоропостижно скончался. 16-летнюю вдову и не подумали отправить на родину, ее поместили в «элитный» монастырь, аббатисой которого была родная сестра германского императора Генриха ІУ. По всей видимости, император сразу «положил глаз» на юную княжну, но император в средневековой Германии, раздробленной на множество независимых земель, был всего лишь одним из многих и не всегда самых сильных феодалов. Поэтому он выжидал своего часа и дождался, а может и приблизил смерть своего соперника-тезки Генриха Длинного. Подобными детективными сюжетами, навсегда оставшимися без разгадки, полна история средневековья.

Генрих ІУ оказался из породы императоров-неудачников. Он пытался бороться с влиянием римского папы, поддерживавшего независимых германских князей. В ответ папа отлучил Генриха от церкви и бедолага-император после долгих мытарств униженно просил прощения у папы. Согласно сообщениям исторических хроник, он три дня простоял на снегу в одной холщовой рубахе перед замком в Каноссе (Северная Италия), где папа находился в гостях у своей хорошей знакомой Матильды Тосканской. Эта женщина также сыграет свою роль в судьбе Евпраксии.

                                                     Хождение по мукам

На момент знакомства с Евпраксией позор Каноссы для Генриха ІУ был позади, как и смерть первой жены Берты. Женитьба на Евпраксии ознаменовала новый бесславный виток в жизни Генриха. Еще не старый 39-летний император весело проживал отпущенный ему срок. В своих замках он устраивал настоящие оргии, мастерски описанные в романе «классика украинской литературы» Павла Загребельного, посвятившего судьбе княжны Евпраксии одноименный роман. Что могла противопоставить извращенцу-императору совсем юная, оторванная от родных и близких княжна-русинка? Только силу воли. И Евпраксия сопротивлялась как могла. Генрих ІУ возненавидел эту красивую, гордую женщину, которая оставалась независимой даже в условиях практически полной изоляции от окружающего мира. А время самого Генриха, между тем, истекало.

Против него выступил родной сын от первой жены Конрад, который, неожиданно для Генриха, попытался взять под защиту «мачеху» Евпраксию. Судьба киевской княжны оказалась козырной картой в большой европейской политике. Генрих ІУ снова выступил против римского папы и для того чтобы лишить Евпраксию возможности связаться с его врагами, заточил ее в тюрьму. Однако тюремные стены не остановили давнюю сторонницу папы Матильду Тосканскую. Она устроила Евпраксии побег в Италию, а затем и встречу с папой римским Урбаном II. По совету римского папы Евпраксия выступила перед расширенным заседанием синода, на который съехались виднейшие представители европейской католической церкви. В присутствии 30 тысяч человек Евпраксия предъявила обвинения своему мужу Генриху ІУ. Синод признал ее претензии абсолютно обоснованными и счел необходимым заявить, что сама Евпраксия, известная также под европейским именем Адельгейда («благородная»), невиновна в бесчинствах, творимых ее мужем и освобождал ее от всяких обязанностей перед ним.

Синод также окончательно проклял Генриха ІУ и утвердил императорский титул за его сыном Конрадом, который к тому времени вступил в настоящую войну с отцом, при поддержке неутомимой Матильды Тосканской. В конечном итоге Генрих был вынужден отречься от престола в пользу сына. Экс-императора оставили в покое, и вскоре он умер и даже был с почестями похоронен сыном-бунтовщиком.

Для Евпраксии это также означало победу, но добытую слишком дорогой ценой. После публичного выступления и подробного описания мерзостей, происходивших на ее глазах при дворе Генриха, Евпраксия не пожелала возвращаться в Германию. Ее путь лежал из Италии, через Венгрию, в родной Киев. Отца Всеволода Евпраксия в живых уже не застала. Разброд и усобицы охватили и некогда могущественную Киевскую Русь. Узнав о смерти Генриха ІУ в далекой Германии, Евпраксия почувствовала себя абсолютно свободной от мирской суеты. Она приняла постриг в Киево-Печерском монастыре и умерла два года спустя, на 28 году жизни.