В начале 1653 года польские войска вторглись на территорию украинской Гетманщины. Поляки оккупировали территорию до Чернобыля, Паволоча и Брацлава. Однако, в бою под Монастырищем Иван Богун нанес им поражение, чем и остановил поляков. В это время Тимош Хмельницкий (старший сын Богдана Хмельницкого) пошел в поход на Молдавию, но был осажден молдаванами в Сучаве. После двухмесячной осады и гибели Тимоша казаки заключили с молдаванами перемирие.Богдан Хмельницкий в это время осадил 50-ти тысячную армию поляков в Жванце.

Ислам-Гирей, союзник Хмельницкого, поняв всю безысходность поляков и, получив известие от своих шпионов о том, что русский царь взял под свою защиту Войско Запорожское, решил сохранить польскую армию. Для отражения угрозы русского царя ему был нужен сильный союзник, которым мог быть только польский король Казимир.

В начале декабря был подписан договор, восстанавливающий Зборовский мир. Ян Казимир обязался выплатить татарам контрибуцию в размере 100 тысяч золотых и отдал татарам на ограбление в течении сорока дней Волынь. Казаки в очередной раз остались «с носом» и ушли в переяслав, где и присягнули на верность русскому царю.

В том же 1654 году Россия вступает в войну против Речи Посполитой. Многие города сдавались без боя, царь оставлял им магдебурское право и католиков освобождал от службы в армии и постоя русских стрельцов. Поляки удирали, проклиная жителей городов, которые встречали русских хлебом-солью.

 

Казаки под командой Золотаренко в это время грабили могилевскую губернию. Отбирали у крестьян хлеб, скот и разбегались по домам. По просьбе жителей Могилева, был послан в город полковник Алферьев, который вынужден был начать с разбора жалоб на казаков.  
1 декабря писал он царю: «Могилевцам и Могилевскому уезду была обида большая от козаков, со всего Могилевского уезда они выбрали все, и как скоро Золотаренковы козаки из Могилевского уезда вышли, то стали делать обиды большие козаки Поклонского полка, лошадей и животину отнимают и платье грабят, стрельцов и солдат в уезде и в городе на карауле по воротам бьют, и от их побоев многие стрельцы и солдаты лежат при смерти, и твоих государевых запасов с Могилевского уезда выбрать не дадут. А полковник Поклонский козаков не унимает, на твою государеву службу нейдет и козаков не посылает; а на той стороне реки Березы ляхи, и от Могилева до реки Березы только 80 верст».

Чем же занимался в это время Богдан Хмельницкий? А ничем. Стоял под Хвостовом обозом и наблюдал как поляки лютуют и грабят крестьян в Подолии. Только когда к Хвостову подошел московский воевода Бутурлин, а в Крым направились Донские казаки для охраны южных границ Гетьманщины, Хмельницкий вынужден был пойти в поход. Поступил он по-украински мудро: дал Бутурлину проводника, а сам двинулся в хвосте русского обоза.

Дойдя до опустелого Бердичева, под предлогом того, что поляки с крымским ханом идут на него войной, Хмельницкий развернулся и ушел в Чигирин, бросив Бутурлина одного. В Луцк, на подмогу русскому войску, Богдан наотрез отказался.

В январе 1655 года, казачий полковник Полонский сдал Могилев полякам. Русский гарнизон укрылся во внутренней крепости вместе с мещанами, оставшимися верными царю.

Золотаренко со своими казаками по-прежнему стоял под Старым Быховым и в марте писал царю, что глубокие снега мешают ему подать помощь Могилеву, но снега не помешали казакам взять Бобруйск, Глуск, Королевскую Слободу и истребить там всех жителей. Когда дороги попросохли, в апреле месяце они двинулись на помощь к Могилеву вместе с московским воеводой Дмитриевым.

Не дождавшись помощи от казаков Золотаренко, осажденный гарнизон Могилева совершил вылазку, предварительно взорвав четыре подкопа поляков. Вылазка была настолько успешной, что было перебито множество поляков и предателей казаков Полонского. После этого, гетманы Радзивил и Гонсевский сочли за благо уносить ноги.

Хмельницкий же отправил к Золотаренке гонца, с требованием прекратить топтаться у «курятника» и уговорить русского воеводу идти в поход на поляков.

В июле, Бутурлин и Хмельницкий наконец выступили в поход и беспрепятственно вошли в Галицию. Гетман коронный Потоцкий потерпел поражение подле Гродка, русские подошли ко Львову, но ничего не сделали городу по явному нежеланию Хмельницкого действовать решительно: он взял с осажденных 60 000 злотых и удалился. Выговский же писал горожанам львовским, чтоб не сдавались на царское имя.

Московские воеводы одни, без казаков, с двух сторон завоевывали Литву. В сентябре вышел на судах из Киева князь Дмитрий Волконский. 15 сентября он пришел под Туров, который сдался без боя и присягнули царю. Не останавливаясь в Турове, Волконский отправился сухим путем под город Давыдов. За версту от города его встретило литовское войско и завязало бой. Литовцев загнали в город, который запылал, и литовцй бросилась бежать.

Победители возвратились к судам и поплыли до реки Вятлицы, затем пошли к Столину. 20 сентября литовцы вышли им навстречу и были разбиты наголову.. От Столина Волконский возвратился к Припяти, и 25 сентября достиг Пинска. Литовцы вышли биться, снова были разбиты и бежали. Простояв в Пинске двое суток, чтобы люди отдохнули, Волконский 27 сентября сжег город и слободы, пошел к селу Стахове, разбил отряд литовского войска, привел к присяге жителей городов Кажана и Латвы, и опять Днепром возвратился в Киев

Войско Волконского в этом походе понесло следующие потери: у одного солдата под Пинском руку оторвало из пушки, да двух человек из пищалей ранили.

23 октября князь Урусов и князь Юрий Борятинский пошли к Бресту и разбили поляков на Белых Песках, в 150 верстах от Бреста. 13 ноября подошли они к Бресту и встретились здесь с новым гетманом литовским - Павлом Сапегой. Урусов потерпел поражение, отступил от Бреста и стал обозом в 25 верстах от Бреста, в деревне Верховичах. Сапега обошел его и двое суток держал в осаде, требуя, чтоб все войско сдалось ему. Урусов не согласился и вступил в бой. Поляки были полностью разбиты, русские гнали их шесть верст, взяли четыре пушки и 28 знамен.

В Польше творилось мало понятное. Радзивила разжаловали и, вместо него, гетманом выбрали на Сейме Сапегу. Вся Белая Русь, Волынь и Подолия были уже заняты русскими, а Ян Казимир все еще именовал себя Великим князем Литовским, Сапега же себя именовал Гетманом Великого княжества Литовского!

А в это время, энергический преемник Христины шведской, Карл Х Густав, видя затруднительное положение Польши, напал на нее под пустыми предлогами и овладел всей Великой Польшей, которая признала его своим королем. Потом он занял Варшаву и Краков. Ян Казимир убежал в Силезию. Но Карл Х не хотел довольствоваться одною Польшею: он обратил свои взоры и на Литву, где гетман Радзивил, потерявши Вильну,
перебежал под крыло шведов. Принимая под свою руку Радзивила и других литовских. Панов, Карл обещал возвратить им все их владения, занятые русскими.

Скоро московский царь узнал о тайной переписке Карла с Хмельницким и Золотаренком.
Русское правительство начало с Польшей длительные переговоры о мире. А в это время, шведский король ссылается с гетманом Богданом Хмельницким и с венгерским, королем Рагоци. Надворный маршалок Юрий Любомирский сообщил гетману Винцентию Корвину Гонсевскому, что гетман Хмельницкий присягал пред послами Рагоци «быть во всей их воле», а «к шведу ездит от Хмельницкого беспрестанно чернец». Все это было сообщено посланцу царя Артемону Матвееву.

Русское правительство предложило полякам проект демаркации, по которому крайними западными территориями Гетманщины должны были стать Волынь и Подолье до реки Буг. Поляки настояли на том, чтобы представители казаков не участвовали в переговорах. Богдан Хмельницкий стал уверять царя Алексея Михайловича о подлости поляков, но царь оставил это без внимания.

 

 

Поляки же стали нашептывать посланникам гетмана, что Гетманщина по договору остается под Польшей, и если казаки будут возмущаться, то русские войска будут их бить вместе с поляками.

Остафий Выговский, напившись «в стельку», утверждал, что Хмельницкий, услышав ложную весть о заключении мира между Польшей и Россией по Поляновским статьям, «… как сумасшедший, закричал такие слова: Уже, дети, об этом не печальтесь! Я уж знаю, что делать: надо отступить от руки царской, а пойдем туда, куда Бог повелит. Не то, что под христианского пана, а хоть и под басурмана». Однако, это вызывает большие сомнения.

После подписания Виленского мирного договора, Швеция оказалась в очень затруднительном положении. Московский царь был объявлен наследником польской короны после смерти бездетного Яна Казимира. И Швеции пришлось сражаться против Руси, Польши и Дании одновременно.

Но царю пришлось еще заниматься одним из грязных дел. Из Белой Руси хлынул поток жалоб на черкес Хмельницкого. Самые сильные жалобы были на чауского наказного полковника Ивана Нечая, который прибрал к себе многих гультяев (беглых крестьян), мещан и пашенных крестьян. Он захватывал их силой и записывал в казаки. Шляхту, мещан и пашенных крестьян, которые не хотели записываться в казаки, приказывал грабить, мучить и бить до смерти. Себя Нечай именовал, не иначе как «полковником белорусским, гомельским и иных городов». Другой полковник, Федор Константинов, пришел под Копыс и побил «государевых людей». Третий, Иван Дорошенко, бросил Новый Быхов и тоже пошел «воевать» с окрестными крестьянами. Для проверки этих жалоб в апреле 1656 года отправился в Белоруссию от Хмельницкого полковник Антон Жданович вместе с московским сотником стрелецким Сивцовым. Всех полковников нашли не виновными и повесили парочку рядовых казаков.

Хмельницкий посылал послов к Рагоци, к воеводам волошскому и молдавскому, к хану крымскому, подписал с ними договоры о том, что если кто нападет на Гетманьщину, те ему окажут военную помощь. Отец писаря Выговского Астафий, когда киевский воевода его подпоил, подтвердил ему слова наказного киевского полковника Дворецкого о сношениях Хмельницкого. Люди, посланные в Чигирин, доносили, что Хмельницкий договорился с Рагоци помочь ему овладеть польским престолом.

А сейчас мне придется разочаровать новейших украинских историков. Из ниже следующего, можно сделать выводы, насколько отличался Переяславский договор от виляния хвостом «Конституции» Пилипа Орлика перед шведскими королями!

6 декабря 1656 года Хмельницкий заключил в Радноте антипольский союз с Швецией, Трансильванией, Бранденбургом и литовским магнатом Богуславом Радзивиллом! То есть, Гетьманщина выступала суверенным государством! Согласно договору, Речь Посполитая должна была исчезнуть с политической карты Европы и подвергнуться разделу между союзниками. Мало того, Хмельницкий добивался включения в предназначенную Гетманщине часть всех украинских этнических земель, наталкиваясь на противодействие Трансильвании и Швеции.

Карл X, когда еще мечтал быть королем польским, отправил к Хмельницкому посла с таким наказом: просить Хмельницкого, чтоб дал знать, какого чина и какой власти ему хочется? Договаривались с Хмельницким о разделе рубежа от Польши и от Москвы. Главное условие договора должно было состоять в том, чтоб он возбранял татарам вход в польские и литовские рубежи, чтоб не ходили через Днепр, Днестр и Буг. Кроме того, при всякой войне Хмельницкий выставляет на помощь королю 40 000 человек на свой счет и держит их в службе три месяца, по прошествии которых они, продолжая службу, будут получать на прокорм из королевской казны, как и другие ратные люди. Казаки должны обещать ни с каким государством не соединяться и не договариваться без ведома королевского. Полагалось требовать строительства в городах костёлов, воеводство Черниговское отдать Москве. Каждый новый гетман должен давать королю по 300 000 золотых польских; каждому новому королю должен давать 30 000 золотых червонных, также должен дарить королевских сыновей, когда будут жениться, и дочерей, когда замуж пойдут. Митрополит киевский не мог быть поставлен без воли королевской.

Но в начале 1657 года Карл Х уже потерял надежду удержать за собою все королевство Яна Казимира, должен был искать союзников и поделиться с ними добычей: между Карлом, Рагоци и Хмельницким заключен был договор, по которому Украйна признавалась навсегда отдельною от Польши. Великая Польша, Дан-циг и Приморье отходили к Швеции, Малая Польша, Литва, Мазовия и Русь Галицкая доставались Рагоци, Запорожское Войско отправлялось в подчинение Рагоци, чтоб действовать вместе против поляков.

В феврале 1657 года Хмельницкий писал Московскому царю, что приезжал к нему каштелян волынский, Станислав Беневский, с предложением передаться на сторону Яна Казимира, но что он, гетман, никак на это не решится; этот Беневский сказывал ему, что статьи виленской комиссии никогда не состоятся. Приходил к нему, гетману, и писал от цесаря бискуп Марцианополитанский также с убеждением перейти на сторону короля польского. «Вследствие таких хитростей и неправд, - писал Хмельницкий, - пустили мы против ляхов часть Войска Запорожского».

А тут еще вести из Крыма подоспели, которые сообщали царю, что у хана объявилось посольство Хмельницкого. На слова ближайшего к хану человека Сефергазы-аги, что гетман «учинился в холопстве у государя московского», они ему ответили: «Как гетман бил челом в подданстве московскому царю, с тех пор от великого государя никакой нам помощи, заступленья и обереганья нет». Вот так, не много, и не мало.

23 апреля Хмельницкий писал царю: «Турецкий султан сбирается на Украйну в союзе с королем польским и императором Фердинандом; хан крымский также готов со всеми ордами, только не знаем, где хочет ударить... Теперь ляхи, видя свою свыше от бога назначенную погибель, вашему царскому величеству покоряются, а в сердцах у них яд змеиной ярости кипит. Покоряются вашему царскому величеству, а сами к султану турецкому послов отправляют, просят, чтоб помогал им христиан воевать, и за эту помощь все вашего царского величества украинские города обещают, от Каменца Подольского начиная. Узнавши об этом от владетеля молдавского, извещаем тебе и молим твое царское величество, не верь отступникам ляхам…»

В июне 1657 года Хмельницкий заявлял окольничему Фёдору Бутурлину: «Я верный подданный царского величества и никогда от его высокой руки не отлучусь; царского величества милость и оборона нам памятны, и за то готовы мы также царскому величеству служить и голов своих не щадить». (Соловьев С. М. «История России с древнейших времен». Том 10. Глава 4). Писарь Выговский тоже клялся в верности царю, а всё, что было в действиях казачества плохого, сваливал на Хмельницкого.

В том, что они заключили договор со шведами, против которой воевал Московский царь и Польский король, ставший вассалом Руси, казаки не видели ничего плохого. Они привычно грабили население польских территорий. Войска союзников провели успешную военную кампанию на территории Речи Посполитой (были захвачены Краков и Варшава). Однако летом того же года, когда военные действия вышли за территорию, которую планировалось включить в состав Гетманщины, рядовые казаки отказались принимать дальнейшее участие в походе, не желая «добывать для трансильванского князя Ракоци польскую корону». Они взбунтовались, заявив старшине: «... как де вам было от Ляхов тесно, в те поры вы приклонились к государю, а как де за государевою обороною увидели себе простор и многое владенье и обогатились, так де хотите самовласными панами быть...».

В результате перемирия, действия на восточном фронте прекратились, начался подъём национально-освободительного движения в самой Польше и поляки смогли оказать достойный отпор шведским войскам. Вместе с тем уже на следующий год поляки начинают предпринимать попытки ревизии Виленского перемирия, особенно касательно ряда спорных территорий.

В это время царь Алексей Михайлович настойчиво просит нового гетмана Ивана Выговского выслать своих представителей на переговоры в Вильно, но гетман отказывается, оставляя решение на волю государя.

В 1658 году, после смерти Хмельницкого, уже Выговский заключает с Речью Посполитой Гадячский договор, предусматривающий «возвращение» верхнего Поднепровья под власть польского короля в качестве особого автономного образования в составе Речи Посполитой, а сама она превращалась якобы в тройственное государство. Выговский, саботировавший переговоры по межеванию границ, в манифесте, которым он оправдывал свой переход на сторону Речи Посполитой, одним из аргументов называл заключение перемирия между Россией и Польшей.

Очень примечательна такая фраза из Гадячского договора, в переводе с польского на украинский: «…Однак коли його милість цар не захоче повернути провінцій Річі Посполитої і наступатиме на Річ Посполиту, тоді всі сили, як коронні і Великого князівства Литовського, так і війська руські Запорозькі під регіментом свого гетьмана будуть з'єднуватися і воювати…». Русского царя поляки еще называют «его милость»!

Это решение Выговского раскололо казачество на пропольскую и промосковскую партии, что стало прелюдией к разделению Украины на Правобережную и Левобережную. Чтобы силой навязать свою власть казакам, Выговскому пришлось, помимо польского короля, присягать ещё и крымскому хану Мехмеду IV Гирею, чтоб тот оказал ему военную помощь.

Война начинается вновь, причем теперь уже Россия была вынуждена действовать на два фронта, против Польши и против Выговского.

Гадячский договор привел к многочисленным восстаниям казацкого и крестьянского населения Западной Руси против Выговского, его обвинили в том, что он «продался полякам», и в октябре 1659 года казацкая рада в Белой Церкви утвердила Юрия Хмельницкого в роли нового гетмана казачества. Выговского принудили отречься от власти и официально передать гетманские клейноды Хмельницкому. Вскоре Выговский бежал в Польшу.

В августе 1660 года воевода Шереметев начал поход на Львов. В этот момент в армии Шереметева находились 15 000 человек русского войска и около 20 000 человек Войска Запорожского под командованием полковника Тимофея Цецюры.

В наступлении русские войска были поддержаны союзным казацким войском Юрия Хмельницкого численностью 20 000 человек, который двигался вдоль правой стороны Днепра с целью пресечения соединения польской армии с войском Крымского хана. Однако, татары в числе около 40 тысяч, прорвались и соединились с польским войском.

Польские войска гетмана коронного Любомирского численностью около 20 000 человек, двигались на встречу Шереметеву. В Подолье к войскам Любомирского присоединился отряд Выговского численностью до 2 000 человек. Около Константинова Любомирский соединился с 8 тысячной армией гетмана коронного Станислава Потоцкого.

Имея перед собой превосходящие силы противника в числе до 70 000 человек, Шереметев начал отступление. 4 сентября 1660 года, у местечка Любар, армию Шереметева настигли польские войска. Польская армия попыталась атаковать лагерь русской армии, но была отбита. Несколько дней Шереметев ожидал подхода армии Хмельницкого. Наконец, 16 сентября, не дождавшись помощи, русская армия начала отвод к местечку Чуднов.

Хмельницкий быстро подписал с поляками мирный договор на условиях Гадячского и, выступил на стороне поляков. Узнав об этом, Тимофей Цецюра со своими казаками тоже переметнулся на сторону поляков. Осажденный Шереметев капитулировал. После полного разоружения в лагерь русских ворвались татары, часть служивых перебили, около 8 000 человек забрали к себе в плен. Шереметева поляки отдали татарам тоже.

Историю предательств украинского казачества можно продолжать.