Шкала времени

Материал для этой книги я принялся собирать много лет назад, не подозревая, что дело закончится большой книгой. Собственно, можно сказать, сама книга началась с давнего спора. Мы с моим старинным другом, редактором и переводчиком Аркадием Медвинским говорили об Откровении Иоанна Богослова. О том, насколько текст Апокалипсиса выделяется среди других, вошедших в Новозаветный канон, рисуя такие картины, от которых, если только вообразить, будто действительно грядет нечто подобное, начинают трястись поджилки. Помнится, я, посмеиваясь, возразил, право, не стоит воспринимать столь буквально пророчества, даже если они почерпнуты из чудом уцелевших манускриптов майя, из катренов Мишеля Нострадамуса и даже из откровений одного из двенадцати апостолов Христа. Кто бы сомневался, пророки, по выражению Иоганна Гете, вероятно, действительно способны видеть тени, отбрасываемые в Прошлое Будущим, но, согласитесь, это еще не значит, будто настало самое время ползти на погост. Стоит только подоспеть очередной эпохальной дате, как появляются сотни желающих во все горло вопить «палундра», и во сто крат больше тех, кто готов подключиться к крепнущему хору. Положа руку на сердце, признаем - эсхатологические ожидания – старинная человеческая традиция. Насколько мне приходилось читать, в Западной Европе навязчивые идеи Конца Времен будоражили умы под занавес X столетия, в канун тысячелетия Рождения Христа. На Руси нечто аналогичное наблюдалось чуть позже, на рубеже XI и XII веков. Спору нет, дурные предчувствия оправдались, когда из «Дикого поля» нагрянули непобедимые тумэны Субэдей-багатура, после чего действительно настали не самые светлые денечки, так что, пожалуй, в глазах наших несчастных предков Батый мало в чем уступал Антихристу. И, все же, обошлось, если рассматривать проблему в глобальном плане. И в тот, и во все предыдущие и последующие разы, иначе бы мы с вами не разговаривали, правильно? К слову, подобных примеров в истории – хоть отбавляй, кто только не ждал в разные времена финала, от ацтеков до членов японской секты «Аум Синрике». Да и в роли вероятных Антихристов побывало немало политических деятелей, среди которых - и македонянин Антиох Епифан, и римлянин Нерон, гунн Аттила, корсиканец Наполеон Бонапарт, грузин Иосиф Сталин и даже повешенный американцами Садам Хусейн. И, что? Не в этот раз, заверил меня мой друг, пустившись перечислять приметы грядущего Апокалипсиса. Упомянул и лжепророков (чего греха таить, на их роль так и напрашивается современное телевидение), «глады и моры», землетрясения, наводнения и прочие несчастья, которые принято списывать на капризы матушки-природы, хоть, нельзя не признать: без антропогенного прессинга ее нрав был бы куда покладистей. Слушая приятеля, я автоматически подыскивал контраргументы, представлявшиеся вескими и даже неоспоримыми. Да, Иисус принес искупительную жертву, как твердят теологи, только, исправила ли она людей? С тех пор, как Его проповедь звучала вживую, минуло без малого две тысячи лет, но, фраза из романов Фенимора Купера об индейцах «А теперь будут говорить наши ружья», из обихода не вышла, отнюдь. Люди как убивали друг друга с упоением, достойным лучшего применения, так и продолжают сеять смерть, а ведь, что посеешь, то и пожнешь. Голод или даже глад? Ну, так и он - вечный спутник Человечества, отиравшийся у костров со времен неолита. Социальное неравенство? Эка - невидаль. Исстари одни обгладывали последнюю, голую кость, а другие – пировали, в полном соответствии с теориями Мальтуса и его идейных последователей - социал-дарвинистов. Да и от эпидемий Человечеству регулярно перепадало, чтобы не сказать, наши пращуры – дохли, как мухи. Взять хотя бы чуму Юстиниана, опустошившую в середине VI столетия весь Ближний Восток (около двадцати миллионов жертв), или печально-знаменитую «Черную смерть», выкосившую в XIV веке треть населения тогдашней Европы. Правду сказать, мы спорили в далеком уже 2004 году, задолго до паники, организованной в связи с нашествием сначала птичьего, а затем и свиного гриппа по всем правилам маркетологического искусства. Но, о СПИДе я, конечно, подумал. Развивая наступление, мой приятель перешел к семи сломанным печатям Книги Жизней, не позабыв и ангелов, которым, в соответствии с пророчеством, надлежит исполнить реквием по грешному Человечеству. Первый Ангел вострубит, и не станет третьей части деревьев, загибал пальцы Аркадий. Второй вострубит, и о трети морских животных можно будет смело забыть. Дальше Вы наверняка знаете. После того, как вострубит третий, с неба ухнет горящая звезда Полынь, от которой воды обернутся ядом. Как Вы понимаете, эти рое уже вострубили, взгляните, хотя бы на экологию, ведь она дышит на ладан. Или, на состояние лесов, которые раньше звали «легкими планеты». Об аварии на ЧАЭС и говорить не хочу, тут Вам, как атомщику, карты в руки. Мне оставалось лишь пожать плечами. В середине восьмидесятых я учился с ребятами, отцы которых трудились в Припяти, когда разразилась катастрофа, эти люди оказались в ее эпицентре. Между тем, мой товарищ уже распинался об апокалипсическом чудовище с семью головами, поднявшемся из морской пучины нам на погибель. Я даже не успел подумать о невинном мультяшном Годзилле, родившемся в голове впечатлительного японского продюсера, как услышал от оппонента: речь идет о «большой семерке». Там верховодят США, единственная из оставшихся сверхдержава, отделенная от Старого Света самыми полноводными океанами планеты, Тихим и Атлантическим. Американский военный флот на сегодня не имеет себе равных, и, кстати, не ржавеет на якорных стоянках, осуществляя на практике политику авианосных соединений, в которую мутировала изобретенная Теодором Рузвельтом дипломатия канонерок. Честно говоря, аллегория с участием США в роли чудовища, увиденного апостолом, показалась мне перебором, хоть на роль описанной Иоанном седьмой головы, которая «как бы была смертельно ранена, однако исцелилась», одинаково ловко подходили сразу две страны бывшей «большой семерки», и Германия, и Япония. Пусть так, решил не упорствовать я. Мы, я имею в виду Человечество, как в бородатом советском анекдоте про директора школы, Вовочку и его почтенного папу с замашками диссидента, пускаем в космос не одни корабли, да и лагеря строим – не только пионерские. Давление человека на планету велико, его результаты – разбалансированный климат, пестрящий дырками озоновый слой, будто мишень после удачных стрельб, истощенные почвы и исчерпанные запасы полезных ископаемых. Вырезанные леса и животные, встречающиеся лишь в зоопарках и Красной книге. Если подобная динамика сохранится, а, пока нет существенных оснований думать иначе, мы рискуем остаться единственными обитателями каменных джунглей, орошаемых струями кислотных дождей. И, чем черт не шутит, быть может, мы станем свидетелями так называемого «крика Земли», когда планета сбросит нас с себя, как собака докучливых паразитов. Разразится эпидемия вроде супергриппа, как в одном из старых романов Стивена Кинга. Или, случится что-то еще, любое событие, способное убрать человечество с карты. Не такой уж невероятный сценарий, как это представляется на первый взгляд. Еще в середине прошлого века американский астроном Дрейк, подсчитав примерное количество звезд с характеристиками, аналогичными нашему Солнцу, получил головокружительное число планет, где, по идее, полагалось бы зародиться белковой жизни. Ну, и где в таком случае эти полчища пришельцев, осведомился знаменитый Энрико Ферми, ознакомившись с результатами вычислений. Так возник известный парадокс Ферми. Логика подсказывала несколько вероятных ответов, которые лежали на поверхности. Или цивилизациям свойственен суицид, и они самоликвидируются, достигнув определенной ступени развития. Или же, грубо, мы живем в вольере, если верить гипотезе о Великом Фильтре, барьере, возведенном некоей грозной силой, почитающей Человечество частной собственностью. Лично я бы склонился к первому варианту, памятуя тот же Карибский кризис, мой приятель, как выяснилось, стоял за второй. Собственно, он не изобрел велосипед, ведь, эсхатологические ожидания – ключевая составляющая многих культов, среди которых и мировые религии, Христианство, Ислам и Иудаизм. Люди плохо себя вели, значит, неизбежно грядет наказание, квинтэссенция принципа кнута и пряника. Человечество не изживет себя само, будто змея, закусившая собственный хвост, ему в этом деле помогут силы, которые мы называем потусторонними. Вот как, ухмыльнулся я, поинтересовавшись, о каких таких силах речь? Тут-то он меня и огорошил, напомнив о Всемирном Потопе, предания о котором сохранились в этносах народностей, населяющих все континенты планеты, за исключением, разве что, Антарктиды, дремлющей в своем саркофаге из вечного многокилометрового льда. Вы полагаете, Потоп действительно был, удивился я. Если Вы придерживаетесь иного мнения, то, с какой стати носите на шее распятие, парировал Аркадий. Ведь история Всемирного Потопа – неотъемлемая часть Библейского Канона. Последнее заключение было сложно оспорить, я и не стал. Ну а он, пользуясь моим замешательством, пустился рассказывать о неких могущественных силах, стерших с лица Земли цивилизацию наших предшественников – исполинов, чудом уцелевшие представители которой, очутившись, простите, на подпольном положении, тем не менее, прилагали отчаянные усилия, чтобы передать нам по наследству крупицы своих знаний. Чтобы мы не блуждали впотьмах. Но, что их старания пропали втуне, поскольку неприятель, сокрушивший их, не намеревался почивать на лаврах. Напротив, взяв под неусыпный контроль осколки былого величия, он принялся править миром скрытно, твердо и непрерывно, как было записано в советском боевом уставе, умело используя слабые стороны послепотопного человечества. Наше тщеславие и алчность, невежество и нежелание видеть хоть сколько-нибудь дальше собственного носа. И, при этом, упорно оставался в тени. Войдя в раж, Аркадий твердил, будто ни одна война не начиналась так, как это написано в учебниках истории. Что лидеры человечества, в переломные моменты, порой становились не совсем людьми, а кем-то еще. Наконец, что мы, люди, самостоятельны в своем выборе не более красноухих черепах, проживающих за толстым стеклом акватеррариума. Тогда я лишь посмеялся над его словами, но, со временем идея заворожила меня, еще бы, ведь приятно думать, будто человек, как говорил еще Ламартин - павший бог, который помнит о небе, откуда его изгнали могущественные демоны. И потом, всегда заманчиво объяснить жестокость и несправедливость нашего мира происками некоей темной силы из Гете, «которая вечно хочет зла» и, простите за вольное обращение с «Фаустом», но, похоже, как правило, добивается своего. В общем, переложить ответственность на кого-то третьего, что ли. Говорят, будто аппетит приходит во время еды. Так произошло и со мной. Я взялся за работу, засучив рукава, руководствуясь следующими соображениями: Если нашей, человеческой цивилизации действительно предшествовала какая-то другая, то она должна была оставить следы, хотя бы косвенные, и они найдутся, стоит лишь как следует поискать. Если гипотетическую протоцивилизацию уничтожил некто, кого космогонические мифы зовут богами, то, куда они впоследствии подевались? И, каким-то образом проявляют свое присутствие сейчас? Если только, конечно, наши предшественники не стали жертвами бригады космических бульдозеристов, прокладывавших скоростную магистраль между двумя очень далекими галактиками, как у Джорджа Лукаса в начале его кинотрилогии. Далее предстояло ответить на вопрос, а существуют ли в современном мире явления, которые мы не способны ни объяснить, ни идентифицировать при всех наших орбитальных станциях, обсерваториях и достижениях в области фундаментальных наук. И, уж коли, такие есть, можно ли предположить, что они имеют отношение к богам из упомянутых выше космогонических мифов. И, наконец, есть ли хотя бы какие-нибудь признаки их вмешательства в нашу, человеческую историю, даже точечного, как в знаменитом романе А.Азимова «Конец Вечности», только на самом деле? Так вот все для меня и началось. Отвечая на вопрос, есть ли основания считать нас первыми, принимая во внимание впечатляющий геологический возраст Земли, несопоставимый с возрастом человеческой цивилизации, я обнаружил множество белых пятен, которыми изобилует теория эволюции. Знаменитое «недостающее звено» до сих пор никто не нашел, человек здорово отличается от предполагаемых предков, а головокружительная разница между шестьюдесятью миллионами лет, на протяжении которых приматы эволюционировали в неандертальцев, и всего пятью тысячами, понадобившимися Homo sapiens, чтобы научиться расщеплять атом, заставляет задуматься – а не гости ли мы на этой планете? И, каким образом появились здесь? Развивая эту мысль, я отправился на берега Евфрата и Нила, в признанные колыбели цивилизации, туда, где человечество вышло из пещер неолита, чтобы совершить удивительный скачок. Сделать поразительные успехи в мелиорации и архитектуре, математике и астрономии, кораблестроении, медицине и множестве иных отраслей и наук. Историки не знают, как это произошло, ни египетская, ни шумерская цивилизации не знали медленного, поступательного развития, появившись полностью сформированными, по мановению волшебной палочки. Словно получили на старте ускорение от некоей «загадочной третьей силы» (по определению известного египтолога профессора У.Эмери), а затем деградировали, исчерпав энергию первоначального импульса. Поиски следов этой гипотетической силы перенесли меня за многие тысячи километров от Месопотамии и долины Нила, через Атлантику в Новый Свет, оказавшийся совсем не таким новым, как представлялось заново открывшим его испанцам. Древние цивилизации Месоамерики не уступают по возрасту египетской и шумерской, более того, у них столь много общих черт, что впору говорить об общих корнях. О некоей протоцивилизации, мифической прародине легендарных просветителей древности, которых, к слову, наши предки и полагали авторами большинства своих впечатляющих достижений. Хоть мы им и не верим. Так я очутился в Атлантиде, сказочной стране, о которой мы знаем главным образом благодаря Платону и еще от медиумов, среди которых следует выделить самого знаменитого прорицателя XX столетия «Спящего пророка» Э.Кейси . Если верить Платону, Атлантида погибла, прогневив богов, когда ее обитатели «утратили божественное начало». Кейси рассказывал о большой войне, с техногенной катастрофой в финале, и даже называл адрес, по которому следует искать погибший материк, на дне Атлантики между Багамскими и Бермудскими островами, в треугольнике, вполне заслуженно прозванном Треугольником смерти. «Спящий пророк» полагал, что именно атлантам это гиблое место обязано своими смертоносными свойствами. Никому пока не удалось объяснить, что творится в этой сильнейшей геопатогенной зоне, по одной из гипотез аномалии периодически деформируют пространство и время, открывая порталы в другие измерения. Некие червоточины, о существовании которых заговорили на заре XX века А.Эйнштейн и Н.Розен. Задолго до того, как астрофизики открыли «Темное Вещество», названное так исключительно потому, что мы сами – темные, и совершенно не знаем, что это такое. Возник и другой вопрос: а могла ли вообще развитая цивилизация исчезнуть, выродиться в разрозненные племена дикарей? Оказывается, вполне, если верить расчетам, сделанным военными в разгар Холодной войны. Всего одной трети накопленных сверхдержавами ядерных боеприпасов было, что называется с головой, чтобы превратить планету сначала в пылающую головню, а затем, по наступлению ядерной зимы, в обломок угля из морозильника, причем - при самом благополучном раскладе, если бы обошлось без смещения земной оси. На жаргоне американских политиков того времени это получило соответствующее название – стратегии гарантированного взаимного уничтожения. Да и А.Эйнштейн говорил, что не сомневается, будто Четвертая мировая война будет с камнями и палками… Кто же и с кем воевал, много тысячелетий назад? Ответ дают сотни легенд и мифов о Всемирном Потопе, созданных на всех без исключения континентах: инициаторами зачистки территории выступили боги, принявшие вызов, опрометчиво брошенный допотопным человечеством. И, утопившие его. Это не так невероятно, как может показаться на первый взгляд, суша составляет лишь треть земной поверхности, средняя высота континентов впятеро меньше усредненной глубины океанов, следовательно, если бы только нашлась сила, которой по плечу хорошенько раскачать Землю… Есть легенды, называющие орудием богов некоего зловещего Демона из Бездны, иными словами, гигантское космическое тело, приблизившееся к Земле, чтобы спровоцировать катаклизм. Есть некоторые основания предполагать, что это тело никуда не делось, став нашей Луной, которая, очень может быть, совсем не наша. Мы знаем о ней на удивление мало. Никто толком не представляет, ни как она появилась на нашем небосклоне, чтобы стать регулирующим элементом системы Земля-Луна, ни механизма ее влияния на нас. Луна аномально велика, а ее состав столь отличен от земного, что на языке вертится слово чужак. Гипотез, так или иначе объясняющих ее происхождение – множество. Убедительной, напротив, ни одной, и та, что называет Луну «Звездой Смерти», «пришвартовавшейся» к Земле в незапамятные времена, звучит ничуть не хуже остальных. Казалось бы, стартовавшая под конец 1950-х эра космических полетов должна была расставить все точки над «I», ведь на Луне побывали и советские, и американские АМС, не говоря уж о пилотируемых астронавтами «Аполлонах». Однако не произошло ничего подобного. Многочисленные лунные аномалии не получили вразумительного объяснения, да и само пребывание американцев на Луне под вопросом многочисленных сторонников теории Лунного заговора. Затронув тему знаменитых лунных аномалий, с завидным постоянством ставящих в тупик ученых, я уже не мог обойти стороной проблему НЛО. За истекшие полвека серые гуманоиды из «летающих тарелок» стали персонажами сотен кинофильмов и научно-фантастических романов, в то время как спецслужбы и военные, пристально изучавшие феномен (чему - множество свидетельств), отчего-то потеряли к нему интерес, и это странно. Мало-мальски серьезное исследование этого загадочного явления показывает, что оно старо как мир. Быть может, гораздо старше нашего, послепотопного мира. Сотни лет лучшие умы человечества гадали, а одни ли мы во Вселенной, предлагая всевозможные ухищрения, чтобы установить контакт с гипотетическими «братьями по разуму». Феномен же НЛО заставляет задуматься, что мы давно не одни, просто не понимаем этого. И еще, что они – «не братья». Ведущие уфологи уже давно пришли к заключению, у феномена НЛО - парафизическая природа. То есть, это одно из явлений, которые сейчас принято называть паранормальными, а в старину – проявлением потусторонних миров. Тех самых, в существовании которых не сомневались адепты древних эзотерических учений. А ведь они полагали, что получили знания в качестве наследия наших предшественников, чудом выживших после масштабной катастрофы. Работая с книгами самой разной направленности, я подметил одну интересную деталь: каждый из авторов стремился не выходить за границы предмета исследования, где надо думать чувствовал себя как рыба в воде. То есть, например, сторонники теории палеоконтактов (Э.фон Деникен, З.Ситчин, Г.Хэнкок и др. ), весьма убедительно рассказывая о «следах богов», обходили стороной вопрос, а куда же эти наследившие боги впоследствии запропастились? Специалисты по аномальным зонам (вроде Бермудского треугольника или Моря Дьявола), старались держаться этих самых зон, с их полтергейстными свойствами, неисчерпаемыми на протяжении столетий. Уфологи, даже самые пытливые, признавая метафизическую природу феномена НЛО, (как доктор А.Хайнек или маршал В.Годдард , вполне серьезно полагавший энлонавтов пришельцами из астрального мира, «битком набитого духами, взывающими к человеческому сознанию»), не шли дальше этого. То есть не исследовали влияния феномена НЛО (в пользу того, что он существует, говорят тысячи свидетельских показаний) на ход человеческой истории, а ведь резонно было предположить: должен же он как-то влиять. Джон Киль, правда, писал о некоем «вековом демонологическом феномене», посредством которого на нас воздействуют, чтобы «отбросить в новое средневековье страхов и предрассудков», а Жак Валле предполагал, что «возможно изменить жизнь множества людей, показывая им явления, которых они не могут понять» (вроде Фатимского Чуда в Португалии ), но не более того. Конспирологи, напротив, пытаясь нащупать скрытые механизмы, при помощи которых из столетия в столетие корректировался исторический процесс, (работы Дж.Колемана, О.Платонова, А.Дугина и многих других представляются весьма убедительными), концентрировали внимание на деятельности тайных орденов прошлого и настоящего (от иллюминатов до британского Круглого стола, СМО и Бильдербергского клуба), упускали из виду уфологию, и, таким образом, было неясно, как же удалось разработать планы, на столетия пережившие своих авторов. Специалисты по так называемому «посмертному опыту» (вроде доктора Р.Моуди ) не проводили параллелей с представлениями древних цивилизаций о потустороннем мире, а было бы интересно, как минимум. Экономисты, так или иначе разрабатывавшие теорию заговора и роль международных банковских синдикатов в развязывании мировых войн и множества управляемых локальных конфликтов (Э.Саттон, А.Зиновьев, Л.Ларуш ), предпочитали не касаться оккультной составляющей, а она, на мой взгляд, была. Историки… С историками – отдельный разговор. Порой, в их работах между строк проскакивало нечто такое, наводящее на мысли о некоем потустороннем вмешательстве в наши, человеческие дела. Ну вот, например. Описывая последствия Портсмутского мира (заключенного 6 сентября 1905 между Россией и Японией при посредничестве «дружественного» России 26-го президента США Теодора Рузвельта) Харперская энциклопедия военной истории отмечает, что империя Романовых, утратив базу в Порт-Артуре и флот, потеряла статус великой морской державы, и, отказавшись от «океанической» стратегии, сконцентрировала внимание на западных рубежах. Зачем-то помирилась с Британией и присоединилась к Антанте, англо-французскому «сердечному согласию», родившемуся в апреле 1904 в разгар русско-японской войны, практически день в день с гибелью адмирала Макарова и флагмана Тихоокеанской эскадры броненосца «Петропавловск». Словом, стала союзницей держав, от которых ей не следовало ждать ни согласия, ни уж тем более сердечности, поскольку у каждой из них, грубо говоря, лежало за пазухой по кирпичу. Сделала шаг, не находящий вразумительного объяснения, зато предопределивший большую войну с Германией и Австро-Венгрией (с которыми у России была протяженная граница), крушение правящего режима и национальную катастрофу. И это на фоне того, что Британия, старательно вооружавшая самураев на средства, выделенные банкирами Уолл-стрит, одновременно гостеприимно принимала (в том же 1907, когда Россия присоединилась к Антанте) самый представительный съезд РСДРП, делегаты которого не делали никакой тайны из своих целей. Правда, та же военная энциклопедия утверждает, будто Россия де в Первую Мировую войну заглядывалась на Балканы и Проливы, мечтая повторить подвиг князя Олега, прибившего щит к воротам Царьграда. При этом стыдливо умалчивая, почему вместо русских (на протяжении войны не сделавших ни единого движения в сторону Босфора) под стенами Стамбула оказались предводительствуемые Уинстоном Черчиллем англичане. Еще удивительнее – судьба Японии. Ведь она, победив Российскую империю на Дальнем Востоке в 1905, по утверждению все той же энциклопедии обрела статус Великой морской державы. Милитаристские настроения и экономика, вставшая на военные рельсы привели Страну Восходящего Солнца в Китай, где она, оттяпав у немцев их форпосты в финале Первой Мировой войны, стала, после крушения России с Германией третьей мировой Державой. Задышала в спину лидерам, Великобритании и США. Неизбежный конфликт с которыми закончился для нее атомными бомбардировками (санкционированными «дружественным» России 32-м президентом США Ф.Рузвельтом, дальним родственником творца Портсмутского мира президента США Т.Рузвельта) и принудительным включением в систему современной корпоративной экономики атлантического образца. Так вот, кто знает, упали ли бы бомбы на Хиросиму и Нагасаки, если бы миноносцы адмирала Хиконоэ Камимуры не выпустили свои первые торпеды по стоящим на внешнем рейде Порт-Артура российским броненосцам в ночь на 9 февраля 1904? И чем бы и из чего бы стреляли доблестные японские моряки, если б об этом не позаботились загодя американские финансисты, выделившие астрономические суммы на производство соответствующих видов вооружений на британских стапелях на самой заре века, принесшего России неисчислимые страдания? Нет, правда, как тут было не вспомнить слова Михаила Булгакова, вложенные в уста Воланда: «Виноват, но для того, чтобы управлять, нужно, как-никак, иметь точный план на некоторый, хоть сколько-нибудь приличный срок, ну, лет, скажем, в тысячу…» Между тем, история изобилует такого рода примерами, когда события, внешне разрозненные и, казалось бы, не соотносящиеся друг с другом напрямую, при ближайшем рассмотрении начинают выстраиваться зловещими закономерностями, будто шпионский код на страницах невинной художественной книги. Конечно, я отдавал себе отчет, что люди зачастую недоверчиво или даже болезненно относятся к подобным параллелям, предпочитая полагать наступление тех или иных событий следствием хода некоего безликого исторического процесса, так учили в школе, и так гораздо спокойнее. Уфологии же с эзотерикой это вообще касается вдвойне. Недаром ведь истории о «летающих тарелках», прорицателях, магах и параллельных реальностях попадаются исключительно на последних страницах газет, среди курьезов, и ни один опасающийся за репутацию ученый не позволит себе и пары слов на любую соответствующую тему, не взвесив, как следует, каждое. Эти соображения во многом и определили мой подход, когда накопилось достаточно материала, чтобы решиться писать книгу, в которой я рассчитывал свести под одной обложкой и загадки древних цивилизаций и аномальные зоны. Рассказы о странных поворотах, которые порой делала наша история с гипотезами о «тонких» мирах, поскольку если некая третья невидимая сила есть, то она может исходить лишь оттуда. Больше, грубо, неоткуда, мы бы ее уже заметили. Признаться, я не тешил себя надеждами, будто открою нечто новое (это было бы чересчур самонадеянно), и уж тем, что сумею нарисовать истинную картину Мироздания. Екклесиаст говорил, что «человек не может постигнуть дел, которые делаются под солнцем», и, «сколько бы ни трудился в исследовании, он все-таки не постигнет этого». Я думаю, что так и есть. И, тем не менее, все же смел надеяться, что пробираясь вперед буквально на ощупь, и глядя по сторонам непредвзятым взглядом, сумею придать моему исследованию логическую направленность, а возможно, и подмечу некоторые детали, ускользнувшие от внимания специалистов. И, не в коем случае не навязывая своего мнения, попытаюсь рассказать об увиденном так, чтобы это было интересно. Возможно для меня, как для автора, последнее оказалось важнее всего – доставить человеку, открывшему книгу, удовольствие. Не мне, конечно, судить, что из этой затеи вышло. «Я подозреваю, что Вселенная не только страннее, чем мы себе представляем, но и страннее, чем мы можем себе представить». Джон Бердон Холдейн ЧЕРЕЗ ТЕРНИИ К ЗВЕЗДАМ Есть ли основания считать нас первыми, принимая во внимание белые пятна, которыми изобилует теория эволюции, и геологический возраст Земли, несопоставимый с возрастом человеческой цивилизации? Ведь знаменитое «недостающее звено» до сих пор не удалось обнаружить, а между современным человеком и предполагаемыми предками – обезьянолюдьми – пропасть отличий. Шестьдесят миллионов лет истратили первые приматы, чтобы встать на ноги и взять в руки палку. Homo sapiens понадобилось в десять тысяч раз меньше времени, чтобы, выйдя из пещер неолита, расщепить атом в рукотворном реакторе. Так все ли мы знаем о том, как появились на этой планете… Взлетная полоса Я не даром дал именно такой подзаголовок, превращение обезьяны в современного человека, длившееся миллионы лет, приложенное к шкале времени, действительно немного напоминает взлетную полосу, преодолеваемую современным реактивным лайнером перед тем, как он круто взмывает в небо. Представьте сами, друзья: лайнер долго стоит на земле, заполняя баки керосином, а салоны – слегка взвинченными пассажирами, затем неуклюже, вразвалочку, ползет по рулежным дорожкам, завывая двигателями и неторопливо покачиваясь, словно шхуна на легкой зыби, время от времени делает остановки, когда пилоты прислушиваются к указаниям авиадиспетчера. Замирает у начала полосы, разгоняет турбины, вибрируя всем телом и скрипя тормозами. И, наконец, получив соответствующую команду, с ревом идет на взлет. Причем тут, спрашивается, эволюция? Дайте мне минуту, сейчас скажу. Наши самые отдаленные предки, первые приматы или так называемые просимиане, появились на Земле под конец Мезозоя и, таким образом, имели «счастье» застать самих динозавров . Такого мнения придерживается большинство современных ученых, подобную информацию можно легко почерпнуть где угодно, в любом учебнике или справочнике, начиная с многочисленных изданий детских энциклопедий. Вероятно, то было не самое приятное соседство, надо думать, просимиане перемещались перебежками, от одного хорошего дерева до другого. Так продолжалось много миллионов лет, где-то с полсотни, если не больше. Затем, под конец Мелового периода (145,5 – 65,5 млн. лет до Р.Х.) Мезозойской эры произошло нечто, перевернувшее мир вверх дном, нечто, сыгравшее нашим отдаленным предкам на руку. Колоссальная катастрофа, одной из вероятных причин которой ученые называют ДТП в космосе, столкновение нашей планеты (в то время она еще не была нашей) с гигантским астероидом, оставившим после себя шрам, кратер Чиксулуб на полуострове Юкатан в центральной Америке. Произошел взрыв, сопоставимый по мощи массированным обменом ядерными ударами, который вполне мог состояться между СССР и США на одном из витков Холодной войны. Материки вздыбились землетрясениями, целые континенты ушли под воду, цунами, поднявшиеся до небес, утюжили то, что оставалось на поверхности. Дым гигантских пожаров застил Солнце, метели занесли снегом великолепные вечнозеленые леса. Началась астероидная зима, растянувшаяся на сотни лет. Резкое похолодание сыграло дурную шутку с теплолюбивыми и, одновременно, прожорливыми динозаврами, они вымерли поголовно, вместе с птерозаврами и большинством водных рептилий. Царству Динозавров, таким образом, настал конец, коммунальная квартира освободилась, вакантную жилплощадь (ученые зовут ее экологическими нишами) заселили воспрянувшие духом млекопитающие, в том числе – упомянутые выше первые приматы. С тех пор утекло немало воды. Понадобилось более 30 миллионов лет, чтобы часть приматов превратилась в обезьян, в полном соответствии с теорией Чарльза Дарвина. Правда, другая, не меньшая часть почему-то не эволюционировала, а, вопреки теории, предпочла остаться приматами. Оставим это на их совести, и вернемся к обезьянам. Они, как следует из общепринятых представлений, не стояли на месте, а развивались еще около 10 миллионов лет, пока, примерно 25 миллионов лет назад, на заре неогенового периода, не стали человекообразными обезьянами. Теми, к которым ныне относят гиббонов, понгид (орангутанов, горилл, шимпанзе) и гоминид, то бишь, нас с вами, дорогие друзья. Этим дело, естественно, не ограничилось, кабы так, вы бы не прочли этих строк, а я бы их, соответственно, не написал. В то время как часть человекообразных обезьян, снова наплевав на законы эволюции, остановилась в развитии, другие, не спеша, на протяжении следующих 22-х миллионов лет, превратились в обезьянолюдей. В высокоразвитых австралопитеков, первых представителей рода Homo . Маховик эволюции двинул на следующий круг, правда, человек умелый никуда не спешил, прошло еще как минимум полмиллиона лет, прежде чем он стал Homo erectus, человеком прямоходящим, тем самым, которого называют промежуточным звеном между высокоразвитым австралопитеком и Homo sapiens, то есть, нами, дорогие друзья. Впрочем, не стоит заблуждаться на его счет. Это был скорее зверь, нежели человек, обладавший развитой мускулатурой, густой шерстью, с архаичным, как выражаются антропологи черепом, подразумевая толстые стенки, низкий лоб и сильно развитые надбровные дуги. То, что Homo erectus научился пользоваться каменным топором, не делает его желанным соседом по лестничной клетке, согласитесь. Тут предлагаю сделать маленькую остановку, чтобы взглянуть на нашего прямоходящего пращура внимательнее, а заодно хорошенько подумать, с чего это ему приспичило ходить на двух ногах вместо четырех? Понять это очень важно, поскольку большинство современных теорий называют прямохождение (т.н. бипедализм) едва ли не отправной точкой восхождения наших предков на вершину пирамиды эволюции, залогом победы в долгой борьбе за выживание и господство над другими видами. Пивовар, вынь руки из карманов… Саша Пивовар был одним из моих одноклассников. Я вспомнил о нем тотчас же, как только речь зашла о высокоразвитых австралопитеках. Не потому, что он напоминал обезьяну, хоть и был боксером, кандидатом в мастера, а затем и мастером спорта. Вспомнил я его оттого, что он обладал дурной привычкой постоянно держать руки в карманах, которая однажды сыграла с ним злую шутку. Это произошло на школьном дворе, после уроков, лет двадцать пять назад. Саша повздорил с парнем из параллельного класса, который, перед тем, как выбросить вперед кулак, честно крикнул: Пивовар, вынь руки из карманов! Саня не внял, или не успел внять, или ладони застряли в карманах, могло быть и так, в любом случае ему крепко досталось. Я это к тому нагородил, чтобы акцентировать внимание на следующем: австралопитеки, проживавшие в джунглях экваториальной Африки три миллиона лет назад, при мозге, не превышавшем по размерам мозг шимпанзе, пришли, по части ценности рук к правильным выводам гораздо быстрее Саши Пивовара. Самым загадочным образом сообразили, какое это грозное оружие, особенно, когда действуешь стаей, и у каждого или острый камень, или палка. Сделав выбор в пользу камней, они выжили, хоть значительно уступали в быстроте и силе охотившимся на них леопардам и львам, уцелели вопреки тому, что разучились карабкаться по деревьям так ловко, как это делают обезьяны, более того, утратили длинные и острые клыки, грозное оружие, с какой стороны на него не смотри. Конечно, нет никаких документальных свидетельств, что превращение австралопитеков в Homo erectus происходило описанным выше путем. Это предположение целиком укладывается в теорию эволюции Ч.Дарвина. Но, при этом не кажется особенно правдоподобным. Из той же теории следует, что прошло еще около миллиона лет (десять тысяч веков), прежде чем появилась очередная модификация обезьяночеловека, неандерталец (Homo neanderthalensis). Считается, это случилось около 200 тысяч лет назад. Давайте сразу отметим следующее. Во-первых, мускулистые будто атлеты, поросшие звериной шерстью неандертальцы, не далеко ушли от своих предшественников Homo erectus, имели тот же быт, пользовались теми же проверенными средствами, палками и камнями, занимались охотой и собирательством. Разве что были лучше адаптированы к холоду, ну так это непринципиальный вопрос. Во-вторых, сами Homo erectus преспокойно сосуществовали со своими потомками неандертальцами и вымерли сравнительно недавно, около 13-ти тысяч лет назад. Следовательно, застали современных людей… Та же странность и с Homo neanderthalensis. Они, наши прямые предки, согласно воззрениям ортодоксальной науки, как и Homo erectus, как и, задолго до них, просимиане, эволюционировали далеко не все. Часть из них предпочла остаться неандертальцами, конкурировала с Homo sapiens и вымерла всего за 24 тысячи лет назад, не оставив после себя никаких промежуточных видов. Ни следов, ни крови, ни тел, как говорил один из героев фильма «Predator». Словом, вопрос, а были ли они нашими предками, по-сути открыт до сих пор. Итак, около 40 тысяч лет назад, в результате эволюции видов, но, отчего-то параллельно со своими пращурами, человеком прямоходящим и неандертальцем, на Земле, наконец, появился кроманьонец, представитель принципиально новой расы Homo sapiens. Существо, которое, по идее, просто не должно было сформироваться в результате естественного отбора. Представитель расы доходяг. Вы, друзья, не согласны с определением доходяга? Тогда представьте себя в полном опасностей доисторическом лесу, в обществе пещерных медведей, мамонтов и саблезубых тигров, где «туман ядовитый идет от болот», а шансы угодить на обед к тому или иному хищнику примерно равны вероятности схлопотать малярию либо пневмонию. Представьте себя в этом гостеприимном мире без душевой кабины, микроволновой печи, без отбивных в вакуумной упаковке, антибиотиков и даже, о, ужас, мобильного телефона! Представьте себя разжигающим костер без спичек, либо мастерящим хижину без гвоздей, разделывающим тушу пускай даже случайно свернувшего шею шерстистого носорога подходящим острым камнем (а хотя бы и ножом, господа горожане), и все станет на свои места. Между тем, кроманьонец, по-крайней мере внешне, так мало отличался от нас, что, хорошенько вымытый и причесанный, сделал бы честь любому офису, не говоря уж государственных администрациях разных уровней. Да у него не было ни малейших шансов появиться, и, уж точно, продержаться хоть сколько-нибудь долго. Ведь он был гораздо слабее своих обезьяноподобных конкурентов, не обладал ни их могучими мышцами, ни тяжелыми и прочными костями. Попробуйте побороться с гориллой на руку в зоопарке, потом расскажете, что из этого вышло. Более того, кроманьонец был глуховат и слеповат, да и обонянием похвастать не мог. О клыках давайте вообще не будем. Кроманьонец не обладал ни дубленой кожей, которая предохраняла бы и от солнечных ожогов, и от чужих когтей, ни густой шерстью, чтобы защитить в непогоду. С шерстью вообще, интересный вопрос. У животных, перемещающихся на четырех ногах, самая густая шерсть растет на спине, самая редкая - на животе, это естественно, ведь туда почти не попадает солнце, следовательно, она там ни к чему. У человека - с точностью наоборот, растет, сами знаете где, а зачем, не совсем понятно. Еще интереснее - с волосами и ногтями. Оружие из последних – никудышнее, зато, и те и другие у животных (у приматов в том числе) растут до определенной длины, человеческие же нуждаются в стрижке. Не знаю, стоит ли говорить, как о преимуществе, о наших больших и непрочных черепах, имеющих весьма отдаленное сходство с массивными черепами приматов. Их строение кардинально разнится, как, впрочем, и устройство гортани, которая, будучи у нас смещена гораздо ниже, обеспечивает способность произносить раздельно слоги, а именно это лежит в основе человеческой речи. Наконец, вряд ли следует считать преимуществом богатый букет генетических нарушений, которые у людей встречаются гораздо чаще, чем у приматов, наводя на мысли о первом блине, который, как известно, всегда комом. К слову, возникнув буквально ниоткуда, и вынудив, таким образом, сторонников теории эволюции притягивать доказательства в свою пользу буквально за уши, Homo sapiens, или «человек разумный», взялся за дело, засучив рукава. Миллионы лет предполагаемые звероподобные предки человека не находили ничего лучше собирательства, общипывали полянки с полюбившимися дикими ягодами да вынюхивали под землей съедобные клубни. Homo sapiens предложил принципиально иной поход, поставил процесс на промышленную ногу, феноменально быстро освоив садоводство и земледелие на уровне, неслыханном, например, для современной Украины, где с недавних пор в продаже египетская картошка, а антоновка вдвое дороже эквадорских бананов. Человек разумный овладел самыми продвинутыми технологиями возделывания ячменя и пшеницы, просо и ржи, научился изготавливать ткани из льна, а урожаями груш и слив, олив и миндаля, фисташек и грецких орехов заставил бы присвистнуть и самого Ивана Мичурина. Ученые, занимающиеся этим вопросом, не имеют в запасе подходящего ответа, а, самые отважные, те, что не опасаются потерять репутацию, говорят о существовании на Ближнем Востоке своего рода генетико-ботаническая лаборатории, ага, той самой, что названа Ветхим Заветом Эдамским садом: «И насадил Господь Бог сад в Эдеме… И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи». Книга Бытия даже называет адрес, по которому располагался этот сад: северо-восток Месопотамии. Впрочем, адрес не имеет принципиального значения. Какая, по большому счету, разница, где именно впервые появились знания, которые сторонники теории палеоконтактов называют НЕПРАВОМЕРНЫМИ, то есть такими, каких не должно было быть. Важно другое: с появлением человека в качестве полевого игрока номер один реактивный самолет, упомянутый в самом начале главы, преодолев долгий путь от терминала до ВПП, прогрел турбины и пошел на взлет. Я вот что хочу сказать. Десятки миллионов лет понадобились самым продвинутым лемурам, чтобы додуматься запустить камнем в того или иного бронтозавра. Миллионы прошли, прежде чем вставший на две ноги Homo erectus подобрал с земли нечто, отдаленно напоминающее топор. И, всего спустя 35 тысяч лет после появления кроманьонца в междуречье Тигра и Евфрата зацвели сады, а в небо вознеслись зиккураты удивительной шумерской цивилизации. Человек освоил письменность и математику, делопроизводство и основы ирригации, создал карты звездного неба и медицинские трактаты. Минует еще полтысячи лет, и к юго-западу от Шумера вырастают египетские пирамиды. И, пускай египтологи хором расписывают нам, как их играючи возводили при помощи насыпей, давайте отметим: ни одно человеческой общество впоследствии не сподобилось создать ничего подобного по величию, размерам и объемам капиталовложений. Дальнейшее общеизвестно. С упадком Египта расцветает Вавилон, ассирийцы, мидяне и персы сменяют друг друга на Ближнем Востоке, расцветают греческие города-государства, Александр Македонский совершает свой беспримерный поход, его полководцы рвут на части осиротевшую империю, и вот уже Средиземноморье падает к ногам непобедимых легионеров Вечного города. Который оказывается не таким уж и вечным, как это представлялось на первый взгляд. Старые империи рушатся под ударами варваров, Великое переселение народов перекраивает политическую карту Древнего мира. Наступают Темные века, за ними - мрачное Средневековье, за эпохой рыцарей - эпоха Возрождения и Географических открытий, человек вновь открывает для себя, что Земля-то, оказывается, круглая, проходит еще каких-то четыре столетия, и космический корабль «Восход» уносит Юрия Гагарина в космос. Мне не следовало использовать слово «какие-то» в отношении четырех веков? Слов нет, это колоссальный срок, но только по нашим, человеческим меркам. Его не сравнить с несколькими миллионами лет, понадобившимися человеку умелому, чтобы освоить ходьбу на двух ногах. Чтобы показать, какая между ними разница, я решил изобразить шкалу времени на бумаге, выделив каждому тысячелетию по клеточке из школьной тетради, то есть, по пять миллиметров. Вот что из этого получилось. На нашу эру, отсчитываемую со дня Рождения Христа, у меня ушло целых две клеточки, и хочу напомнить, в них уместилось головокружительное число судьбоносных для цивилизации событий. Разграбление Вечного города вандалами и вторжение орд Атиллы в Европу (V в.), походы Омейядов и правление Карла Великого, битва при Гастингсе и Крестовые походы, нашествие полчищ Батыя на Русь, положившее начало трехсотлетнему игу и Куликовская битва, предопределившая его конец. Реформация в Европе и разгром Непобедимой Армады, суд над Галилеем и Бородинское сражение, Русско-Японская война на заре XX столетия и Горбачевская Перестройка под самый занавес. События, разделенные, с человеческой точки зрения, колоссальными интервалами, уложились в какой-то сантиметр. Говорят, будто все боится времени, а само время боится пирамид. Для человеческой истории это действительно аксиома. Ведь они, пирамиды, самые древние и единственные из уцелевших чудес света согласно списку Филона Александрийского. Им порядка пяти тысяч лет, они застали и пережили весь древний мир. Когда триста спартанцев доблестного царя Леонида сражались в Фермопилах с бессметными Ксеркса (480 г. До Р.Х.), им уже исполнилось две тысячи лет. Когда Ганнибал сокрушил римлян при Каннах, покрывавшая их зеркальная облицовочная плитка давно отлетела, а люди давно позабыли, кто, когда и зачем их строил. Нас с пирамидами, друзья, разделяет ровно пять клеточек, два с половиной сантиметра. Всего девять с половиной клеточек – до начала новокаменного века . Одиннадцать – до конца последнего Ледникового периода, за которым настал Голоцен, эпоха, продолжающаяся по сей день. Тридцать семь клеточек (18,5 см) отделяют нас от гипотетической даты появления человека разумного, и, это все, что мне удалось изобразить, рисуя шкалу на листике из школьной тетради. Остальное, извините, не влезло. Добавлю, никак не могло влезть, и вот, почему. Для того чтобы изобразить дату появления на свет неандертальца (с той поры прошло 230 тысяч лет), мне бы понадобилось, ни много, ни мало, аж 230 клеточек, что составило бы 1 метр 15 сантиметров. Человек прямоходящий или Homo erectus, над низким лбом и могучей мускулатурой которого мы позволили себе немного пошутить, представляя нашим вероятным предком, отстоял бы от нас на 1800 клеточек, или 9 метров. Высокоразвитый австралопитек (начало Палеолита ), а заодно его современники мамонты, шерстистые носороги, гигантские олени и саблезубые тигры оказались бы аж в 13-ти метрах от нулевой отметки. Это, кстати, не Бог весть что, в сравнении, скажем, с первыми обезьянами (без малого двести метров от начала отсчета) и лемурами (более трехсот метров), поднявшими головы после того, как огромный метеорит положил конец владычеству динозавров на Земле. Представьте друзья, что находится на подобном расстоянии от вашего дома или офиса, а затем сравните с пятью сантиметрами, накопившимися между нами и расцветом древнего Египта. Говорят, будто время боится пирамид. Быть может, оно их как следует не пугало? Вся наша история, начиная с так называемой седой старины, укладывается в неполные три сантиметра. Чем не взлет реактивного лайнера, управляемого, кстати, не нами с вами. А кем, тогда возникает вопрос. Чтобы попробовать подыскать ответ, давайте заглянем в Шумер, общепризнанную колыбель человеческой цивилизации. ТАЙНА ДВЕНАДЦАТОЙ ПЛАНЕТЫ Шумерам приписывается множество фундаментальных ноу-хау, считается, будто они придумали колесо и клинопись, изобрели гончарный круг и обожженный кирпич, научились рыть оросительные каналы и снимать такие урожаи в садах, что посрамили бы современных агрономов. Их познания в математике заставляют ученых чесать затылки, их крючкотворство повергло бы в трепет и отечественных бюрократов. Их медицинские рецептурные справочники наводят на мысли о глубоких познаниях в фармакологии, химии и ботанике. Однако все вышесказанное бледнеет перед их представлениями по части строения Солнечной системы. Ведь они знали, что Земля круглая, (такого рода утверждения влетели в копеечку Джордано Бруно всего четыреста лет назад), и летает вокруг Солнца вместе с другими десятью планетами, против девяти, к слову, известных астрономам. Каким образом шумерам удалось достигнуть столь впечатляющих успехов, никто толком не знает, сами же они полагали, что всеми своими достижениями обязаны аннунакам, мифическим великанам, прибывшим с неба . Так ли это на самом деле? Кто они, откуда они пришли?